В Узбекистане может быть осужден очередной журналист и правозащитник

Алексей Волосевич

На фото: журналист и правозащитник Дильмурод Сайид

Независимый журналист и правозащитник Дильмурод Сайид, арестованный 22 февраля 2009 года сотрудниками Ташкентского городского управления департамента по налоговым и валютным преступлениям при Генеральной прокуратуре Узбекистана по подозрению в вымогательстве крупной суммы денег, может быть приговорен к заключению на срок от 10 до 15 лет. Такое наказание предусматривает инкриминируемая журналисту 165-я статья Уголовного кодекса республики (3-я часть «а»): «Вымогательство, совершенное в особо крупном размере».

Преступная деятельность журналиста, по версии Самаркандского городского управления департамента по налоговым и валютным преступлениям, заключалась в следующем. 17 февраля руководитель расположенного в Джамбайском районе Самаркандской области машинно-тракторного парка «Фаровон хает йули» Аслиддин Уринбаев обратился в областной департамент по налоговым и валютным преступлениям с заявлением о том, что некая Маргуба Джураева и четверо ее знакомых вымогают у него 15 тысяч долларов (а именно - фермеры А.Пулатов, М.Ёкубов, Т.Эргашев и журналист Дильмурод Саидов - Дильмурод Сайид). 22 февраля при получении 10 тысяч долларов Маргуба Джураева была задержана. Во время допроса она сообщила, что деньги взяла по поручению журналиста и правозащитника Дильмурода Сайида. Заявление Аслиддина Уринбаева и показания Маргубы Джураевой стали основанием для того, чтобы в тот же день арестовать журналиста. Кроме него и М.Джураевой в следственный изолятор поместили и остальных фермеров, обвиняемых Уринбаевым в вымогательстве. Замаячила ликвидация чуть ли не целой банды...

Но уже через день, 24 февраля, Маргуба Джураева преподнесла следствию неприятный сюрприз. Во время очной ставки с журналистом она наотрез отказалась от своих первоначальных показаний, заявив, что никаких денег не вымогала, и что их насильно всунули ей во время встречи с Уринбаевым, а журналист тут совершенно ни при чем. Доказательная база мгновенно обрушилась.

Впрочем, отказ главной фигурантки дела от обвинений в адрес журналиста ничуть не помешал дознавателю из Самаркандского городского департамента по борьбе с налоговыми и валютными преступлениями Ислому Шерову обратиться в самаркандский городской суд по уголовным делам за санкцией на заключение Дильмурода Сайида под арест. Суд тотчас же удовлетворил это прошение и в настоящее время журналист находится в СИЗО города Каттакурган Самаркандской области.

Арест журналиста

В Узбекистане Дильмурод Сайид является личностью известной. До 2005 года он работал корреспондентом ряда частных и государственных изданий - «Даракчи», «Сельская жизнь», «Адвокат-пресс». Перелом в его жизни произошел в 2005 году, после того как в газете «Адвокат-пресс» была опубликована его статья «Сказ о том, чего нет», в которой он подверг критике ситуацию в стране. Публикация вызвала острое недовольство властей, тираж поступившей в продажу газеты был срочно изъят, а журналист уволен. После этого доступ к официально разрешенным изданиям оказался для него закрыт. Дильмурод Сайид стал размещать свои статьи в Интернете и сотрудничать с правозащитными организациями. В 2007-2008 годах он входил в правозащитную «Группу быстрого реагирования по предотвращению пыток в Узбекистане», ныне является активистом Ташкентского областного филиала правозащитного общества «Эзгулик» («Милосердие»), сотрудничает с правозащитным веб-сайтом «Voice of Freedom», где был опубликован ряд его статей.

Вот как описывает арест журналиста его жена Барно Джуманова:

- 22 февраля около 17 часов мы с мужем и четырехлетней дочкой возвращались домой. Около дома заметили нескольких мужчин, стоявших возле автомобиля «Тико». Не обращая на них внимания, мы спокойно зашли в подъезд. Я открыла дверь и вошла в квартиру, следом шли дочка и муж. Но Дильмурод так и не успел зайти и закрыть за собой дверь - сзади кто-то схватил его и силой стал тащить наружу. Я лишь увидела его руку и услышала крик дочки: «Отпусти папу!». Выбежала и увидела, что какой-то человек насильно держит его. Муж его спрашивает: «Кто вы? Представьтесь. Чего вы хотите?» Тот говорит: «Сейчас с нами поедешь, если будешь сопротивляться, то мы покажем тебе…». Сразу угрозы. Они были в гражданской одежде, даже не представились. Один из них - полный, здоровый человек, - был в грязной спортивной форме. Я потребовала от него разжать руки, назвать себя и объяснить, что все это значит. «Я ничего не знаю, я выполняю приказ», - ответил он. «Но кто вы?» Он нехотя показал удостоверение. Я запомнила только его имя – Зухриддин. Дочка плакала, царапала его: «Отпусти папу, мой папа хороший человек!». Он оттолкнул ее. Потом и я заплакала и стала требовать, чтобы он отпустил руки. Наконец, он отпустил руки и сообщил, что они из департамента по налоговым и валютным преступлениям и что у них есть приказ задержать мужа. Мы спросили, есть ли у них какой-нибудь ордер или санкция на арест. «Нет, - говорит, - у нас устный приказ. И мы вас искали целый день». Потом они посадили мужа в машину и увезли.

Арест журналиста произошел всего лишь через несколько часов после задержания Маргубы Джураевой, давшей показания против Сайида. При этом, по словам жены журналиста, задержавшие его оперативники утверждали, что «искали его целый день». Если допустить, что это правда, то получается, что на поиски журналиста они отправились не только до того как Маргуба Джураева обвинила его, но и едва ли не до момента ее задержания.

Защитник прав фермеров

Чтобы понять, с чего это все началось, уяснить подоплеку дела, необходимо подробнее рассказать о деятельности арестованного журналиста. В Джамбайском районе Самаркандской области Дильмурод Сайид отстаивал интересы группы фермеров, чьи земли пытались отобрать представители местных властей. Журналист был доверенным лицом этих фермеров. Ему удалось выявить ряд серьезных махинаций, и добиться возбуждения уголовного дела в отношении некоторых районных чиновников. Это было не единственное дело, которым занимался Дильмурод. Когда группа лиц под руководством сестры одного из ответственных сотрудников самаркандской областной прокуратуры захотела отнять земли, принадлежащие 32-й самаркандской школе, то он сумел отвоевать эти земли. Подобных случаев там было немало, и в Самаркандской области многие имели на него зуб.

- В Самаркандской области Дильмурод защищал группу фермеров примерно из десяти человек, - рассказывает его адвокат Рухиддин Камилов. – У них отбирали землю, шло наглое раскулачивание их техники. Как журналист и правозащитник, он по этому поводу обращался в разные инстанции, писал статьи и размещал их в Интернете. В Джамбайском районе есть ММТП «Фаровон хает йули», им руководит Аслиддин Уринбаев. Обычно на такие должности назначает районный хокимият (администрация). Так вот, между этим Уринбаевым и фермерами шло сильное противостояние. Фермеры выступали против него, поскольку он раскулачивал всю технику, которая находилась на балансе ММТП, общества этих фермеров. Они протестовали против этого, выступали, писали в разные инстанции. В качестве доверенного лица все эти дела вел Дильмурод Сайид. И он добился возбуждения уголовного дела против Аслиддина Уринбаева. Когда Джамбайская районная прокуратура прикрыла дело, он стал писать жалобы в разные инстанции - в парламент, в прокуратуру и так далее. Ну, имел определенный успех. То есть, там шла битва между Аслиддином Уринбаевым и группой фермеров в лице Дильмурода Сайида.

В это время в ход событий вторгается Маргуба Джураева, впоследствии заявившая, что взять у Уринбаева деньги ей поручил журналист. Какова ее роль в этом деле?

- С Маргубой Дильмурод Сайид был немного знаком, - поясняет адвокат Камилов. – В Ташкенте она приходила к нему с просьбой написать опровержение на информацию о ее отце: о нем была напечатана какая-то статья в областной газете. Дильмурод подготовил опровержение, они дважды встречались в Ташкенте: в первый раз она приносила ему эту статью и документы, во второй - забирала текст опровержения.

- Потом Маргуба Джураева стала звонить моему мужу и предлагать, чтобы он встретился с Аслиддином Уринбаевым, - продолжает Барно Джуманова, жена Дильмурода. – Люди говорили, что эта женщина работает на милицию... Муж не соглашался на встречу, спрашивал: «Что от меня нужно этому Уринбаеву?» «Когда вы первый раз встретились, он нагрубил вам, а теперь хочет извиниться», - говорила Маргуба. Муж почти два месяца отказывался. Потом стал говорить, что ему это все надоело, и он хочет выяснить, чего тот хочет. «Лучше мне самому пойти и узнать, что надо этому человеку. Все равно я не собираюсь ни с чем соглашаться», - сказал он. Он позвонил своему другу, самаркандскому фермеру Анорбою Пулатову, и попросил его пойти вместе с ним. Встреча состоялась в самаркандском ресторане «Юлдуз». Там мой муж, Анорбой Пулатов, Маргуба Джураева, Аслиддин Уринбаев и его помощник Асрор Махмудов посидели и поговорили. О чем они там разговаривали, муж точно не сказал. Возможно, ему предлагали деньги, чтобы он перестал писать во все инстанции и оставил этого Уринбаева в покое.

Более осведомлен о состоявшейся встрече адвокат Рухиддин Камилов.

- Зовет его однажды Уринбаев в ресторан и говорит: «Давайте прекратим это противоборство, давайте решать все вопросы без всякой волокиты», - рассказывает Камилов. – Даже просит прощения за всякие нехорошие дела. Дильмурод отвечает, что ему тоже не нужна волокита и прочее в этом духе. Говорит: «Я согласен». Встреча заканчивается, они прощаются, и он уезжает. (Как позже выяснилось, вся эта беседа записывалась на диктофон. - авт.).

Маргуба Джураева и ее показания

Далее события развивались стремительно. 22 февраля Маргубу Джураеву задержали при попытке получения 10.000 долларов. В ходе допроса она рассказала, что взяла эти деньги у Аслиддина Уринбаева по поручению Дильмурода Сайида. В тот же день журналист был арестован и доставлен в Самарканд. Своей вины он не признал и заявил, что никакого отношения к вымогательству денег не имеет.

- Если даже Джураева и сказала, что взяла деньги, чтобы передать их Дильмуроду Сайиду, то это ничего не значит, - объясняет адвокат Камилов. - Потому что он сам должен взять деньги. Ведь если так судить, то любой человек на кого угодно может показать и сказать – вот он взяточник, он взял у меня деньги. На прокурора или на судью, например. Но ведь это еще надо доказать.

Жена Дильмурода Сайида высказывает предположение, что Маргуба Джураева либо одна, либо вместе с кем-то из арестованных по этому делу хотела выманить деньги у Аслиддина Уринбаева:

- По-моему, она хотела смошенничать: в санкции [на арест] я читала, что сначала она запрашивала 15 тысяч долларов, но Уринбаев дал 10 тысяч. Возможно, она хотела взять себе деньги, используя имя моего мужа.

24 февраля Маргуба Джураева неожиданно отказалась от первоначальных показаний. Это произошло во время очной ставки между ней и арестованным журналистом.

- Она заявила, что когда ее задержали с деньгами, она была в пьяном состоянии, поскольку они сидели в ресторане и пили водку, и она тоже пила, - вспоминает присутствовавший при этом адвокат Камилов. – Она сидела там с Уринбаевым, кроме них присутствовали еще два-три человека. Уринбаев говорит, что якобы он дал деньги для того, чтобы положить конец этой писанине против него. Так вот Маргуба сказала, что про деньги она вообще не говорила, даже слова этого не произносила. Я, говорит, пьяна была тогда, не в себе, я даже не знаю, что я там писала, но Дильмурод тут ни при чем. И сказала, что в ресторане они сами стали давать ей деньги. Она, по ее словам, спросила: «Зачем эти деньги?» Они отвечают, что это для Дильмурода. «Нет, сначала я переговорю с ним». Тогда они эти деньги просто сунули ей вот сюда (показывает на грудь) и ее тут же задержали. Все это она рассказала во время очной ставки.

Суд «забывает» пригласить адвоката

Несмотря на то, что главная свидетельница обвинения отказалась от показаний против журналиста, это никак не повлияло на его пребывание под стражей. В тот же день, 24 февраля, дознаватель Ислом Шеров внес в Самаркандский суд по уголовным делам прошение о применении в отношении Д.Сайида меры пресечения в виде ареста, а 25 февраля судья Ташев выдал требуемую санкцию.

Адвокату Камилову попасть на судебное слушание не удалось. Оказалось, что суд «забыл» уведомить защитника о запланированном слушании. Поэтому свою позицию высказала только сторона обвинения – самаркандская прокуратура, возбудившая против журналиста уголовное дело. Адвокат же в это время находился в городской прокуратуре Самарканда, где подавал жалобу на действия дознавателя, обратившегося к судье за санкцией на арест его подзащитного.

Как считает Рухиддин Камилов, у суда не было оснований для заключения журналиста под арест. По его мнению, дело носит сугубо заказной характер и объясняется проявленной журналистом активностью при защите прав фермеров Самаркандской области. Рассмотрение вопроса о выдаче санкции на арест без участия адвоката свидетельствует об этом непосредственным образом.

Внесудебное давление

Через день после того, как журналист был арестован, в его ташкентской квартире состоялся обыск. Правда, обнаружить какие-либо свидетельства причастности Дильмурода к предполагаемому преступлению так и не удалось, о чем, со слов его жены, был составлен и подписан соответствующий протокол.

В тот же день произошел необъяснимый случай.

- Вечером мне позвонили из детского садика и спросили, все ли у нас нормально, - рассказывает жена журналиста. – Я удивилась и спросила, что случилось. Оказалось, что в детский сад пришли трое каких-то мужчин, сказали, что они из прокуратуры, и стали спрашивать про мою дочь - кто ее привел, какая на ней одежда, а потом потребовали показать им ребенка. Воспитательница рассказала, что они говорили угрожающе. Она отказалась это сделать и сказала: «Если вы из прокуратуры, зачем вам ребенок? Что вам от нее нужно? Если нужна ее мать, идите к руководству». Она закрыла дверь, срочно посоветовалась с другими воспитателями и они отправили дочку в другую группу, спрятали ее. Потом те ушли. Когда я уже приближалась к дому, мне позвонили из милицейского участка: эти люди явились туда. Я побежала в участок, они были там. Они сказали, что они из самаркандской прокуратуры. Сначала они отказывались признавать, что были в детском саду, но я нервничала, кричала, и они сказали: «Мы просто хотели увидеть вашу девочку, чтобы больше узнать про вас». Я записала их имена, фамилии и должности. Это были следователь Акдарьинского района Самаркандской области Уткир Саидов, инспектор Самаркандского района Самаркандской области Султонмурод Обидов, и следователь из Каттакургана Акрамхон Аброров.

Адвокатов вновь «забывают» пригласить на суд

Тем временем адвокаты журналиста подали апелляционную жалобу по поводу его содержания под стражей, для пересмотра санкции на арест. О дате апелляционного процесса им опять-таки не сообщили, они вернулись в Ташкент. 28 февраля суд внезапно рассмотрел апелляцию, причем пригласить на заседание адвокатов снова «забыли».

- Вечером я позвонила отцу и попросила его выяснить, когда будет апелляция, чтобы адвокаты выехали в Самарканд и сидели там, - рассказывает жена Дильмурода Сайида. – Мой отец живет в Самарканде. На следующий день он позвонил и сказал: «Дочка, не обижайся, я с самого утра бегал, спрашивал, когда будет апелляция. Из областного суда меня отправили в городской, там сказали, что у них время отчетов, и они не могут рассматривать апелляцию, идите, мол, в областной». В общем, когда в 12 часов отец опять вернулся в областной суд, там ему сообщили, что апелляционный процесс уже состоялся в городском суде - в 10 часов. Отец как раз был там в это время, но ему ничего не сказали, а отправили в областной суд… Потом они сообщили, что звонили двум нашим адвокатом, но те не приехали. Я сразу позвонила адвокатам и спросила их об этом. Оказалось, что им никто не звонил, и они считают, что все это - игра.

Письмо из СИЗО

В настоящее время журналист по-прежнему находится в каттакурганском следственном изоляторе. Сидеть там ему предстоит долго – в лучшем случае три месяца (минимальный срок ведения следствия), в худшем - до года. Следствие опирается на следующие доказательства его вины: заявление Аслиддина Уринбаева и показания Маргубы Джураевой (от которых она отреклась, но которые, если на нее хорошенько поднажать, она может дать снова).

Тем временем, журналист передал на волю письмо, в котором заверил всех, что он абсолютно невиновен. Текст этого письма приводит веб-сайт «Voice of Freedom».

«Прошу вас донести до каждого, что я невиновен, что я чист перед совестью и честью», - пишет Дильмурод Сайид. Он считает, что за его арестом стоит попытка сокрытия преступлений руководителя ММТП «Фаровон хает йули» Аслиддина Уринбаева и его соучастников из числа руководства Джамбайского района Самаркандской области. «В хокимият Джамбайского района и республиканские структуры мною были предоставлены неопровержимые доказательства и факты крупных хищений техники, незаконного присвоения государственных земель с последующей их продажей, обогащения путем искусственного снижения благосостояния сел, а также наглого присвоения полученной фермерами района прибыли братом и сестрой - Аслиддином и Хурсаной Уринбаевыми. Были опубликованы статьи об этих преступлениях, и понятно, что это всерьез рассердило влиятельных людей Самарканда и Джамбая», - сообщает журналист.

Очевидно, что инициатива по возбуждению уголовного дела исходит от властей Самаркандской области. Не менее очевидно, что это было согласовано с вышестоящей властью, поскольку без согласования в Узбекистане ничего не делается, а Дильмурод Сайид – человек известный.

Остается напомнить, что, по данным базирующегося в Нью-Йорке Комитета по защите журналистов, сегодня в Узбекистане находятся в заключении восемь журналистов. Это наихудший показатель среди всех стран Европы и Центральной Азии. Все эти журналисты, несмотря на явную политическую подоплеку их дел, были осуждены по уголовным статьям, что для Узбекистана является обычной практикой.

Алексей Волосевич



  • © 1998—2014 ИА «Фергана»

    Письмо в редакцию

    Полная версия

    Создание © 2012 Алекс Шатловский