Родить нельзя убить. Почему мигрантки часто прерывают беременность

Екатерина Иващенко

Не секрет, что в странах Центральной Азии, в том числе в Кыргызстане, вопросам полового воспитания не уделяется должного внимания. Об этом не принято говорить ни в школе, ни в семье, ни в обществе. Сохраняющаяся закрытость этой темы влечет за собой проблемы для женского здоровья, которых можно было бы избежать, если бы женщины знали все о планировании семьи и методах контрацепции. Особенно это актуально для девушек и женщин, отправляющихся на заработки за рубеж. Чтобы прервать нежелательную беременность, они делают аборты в нелегальных клиниках, а если избавиться от плода уже невозможно, то оставляют детей в роддомах.

Среди стран Центральной Азии Киргизия занимает первое место по масштабам женской миграции в Россию. Женщины составляют около 40 процентов всех трудовых мигрантов из этой страны. Периодически в СМИ появляются новости о брошенных мигрантками детях. Так, по данным начальника Управления по защите семьи и детей Минтруда и соцразвития Кыргызстана Жаныл Джумабаевой, с 2011 года 67 кыргызстанок отказались от своих детей, появившихся на свет в роддомах Москвы.

Аборт как метод планирования семьи

Данные Многоиндикаторного кластерного обследования, проведенного в Кыргызстане UNICEF и UNFPA в 2014 году, показывают, что у женщин Киргизии значительно выросла потребность отложить или исключить наступление беременности, но при этом они не пользуются каким-либо методом контрацепции. «Наибольшая доля абортов, как и в предыдущие годы, приходится на возраст наиболее сексуально активного населения – 20-29 лет (2008 год – 52,7 процента; 2013 год – 50,2 процента), на основе чего можно предположить, что аборт продолжает использоваться женщинами как метод планирования семьи», - говорится в документе.

По данным последнего медико-демографического исследования (2012 год), среднее число искусственных абортов среди женщин в возрасте 15-49 лет снизилось с 2,3 процента (1998 год) до 1,8 процента (2012 год). Однако этот показатель остается достаточно высоким с учетом роста численности населения.

Официальные статистические данные не могут отразить полную картину числа абортов в стране, так как клиники частного сектора преднамеренно занижают или вообще не показывают количество проведенных процедур с целью минимизации показателей̆ прибыли. Поставщики услуг в государственных организациях тоже не регистрируют аборты, проведенные на фоне отсутствия всех требуемых от клиентов по клиническому протоколу анализов.

Каждая пятая женщина репродуктивного возраста в Кыргызстане (18 процентов) когда-либо делала аборт. При этом остается очень низким качество информирования пациентов, обратившихся по поводу прерывания нежелательной̆ беременности, по вопросам планирования семьи. В докладе отмечено, что, если на уровне первичного звена у женщин после аборта есть возможность получить не только консультацию, но и сами контрацептивы, то пациенткам родильных домов и больниц не предлагают контрацептивные средства после аборта (по причине их отсутствия) и перенаправляют за контрацептивами к семейному врачу. Из-за этого часть пациентов «теряется по дороге».

Еще одна проблема – это обеспеченность страны врачами. По официальным данным, в отрасли охраны репродуктивного здоровья работает 1729 врачей и 1002 акушера-гинеколога (1,8 на 10 тыс. населения). Отмечается диспропорция в обеспеченности населения специалистами, которые сконцентрированы, в основном в городах Бишкек и Ош, областных центрах. В районах очень низкая обеспеченность специалистами (до 0,1 на 10 тыс. населения), а в отдельных районах они отсутствуют совсем. Проблемой является недостаточное кадровое обеспечение, а также внешняя и внутренняя миграция – значительный отток подготовленных специалистов системы здравоохранения в Россию и Казахстан.

Кроме того, исследования показали низкий уровень охвата противозачаточными средствами и знаний по планированию семьи среди самих медицинских работников, что также приводит к увеличению нежелательных беременностей и абортов среди молодежи.

Поведение мигранток в России

Половое поведение киргизских женщин в России отличается от того, как они ведут себя на родине. Этому способствует несколько причин: отсутствие давления родственников и общественного осуждения (когда вести половую жизнь до замужества зазорно), а также условия, в которых мигранты вынуждены жить – по 10-20 человек обоих полов в одной квартире.

В Москве существует около 20 так называемых «киргизских» медицинских центров, которые обслуживают мигрантов, поэтому вопрос о том, где в случае чего сделать аборт, решаем. Однако возникает вопрос качества предоставляемых услуг. В отсутствии должного образования пациентки об этом не задумываются, а врачи на таких клиентках «делают деньги» и особо не переживают за последствия непрофессионально выполненных процедур.

Девушка из Кыргызстана, которая приехала на заработки в Россию, на условиях анонимности поведала «Фергане», как делают аборты в нелегальных клиниках:

- В «киргизскую» клинику я пришла, потому что только приехала из Киргизии и о других не знала. Принявшая меня женщина не вела никаких записей и даже не сделала УЗИ. Она спросила, когда у меня были последние месячные, что-то посчитала по календарю, дала мне две таблетки, за которые потребовала 5 тысяч рублей. Таблетки были без упаковки, то есть я даже не знала, что это за препараты. Деваться мне было некуда, и я отдала деньги. Таблетки мне помогли, случился выкидыш, но мне стало плохо, и я снова пошла в эту клинику. В регистратуре объяснила, что я была здесь два дня назад. Мне сказали, что никакой записи об этом не было сделано, и я должна снова платить за прием полную сумму – еще 1500 рублей вместо 500. Мне было очень плохо, и я, конечно, заплатила. Несмотря на мое состояние, врач сказала, что ничего страшного со мной не произошло, и посоветовала отлежаться дома. Я попросила хотя бы осмотреть меня. Но женщина лишь отмахнулась – мол, у меня 100-процентная гарантия, что выкидыш произойдёт, и выпроводила меня из кабинета.

В следующий раз аборт надо было делать моей знакомой. Она тоже собиралась пойти в эту же клинику. Уже наученная, я ей посоветовала, чтобы она настояла на записи ее данных в регистратуре, чтобы ей завели карточку и сделали УЗИ. Ведь в случае, если пациенту станет плохо после таблеток, или будет летальный исход, то врач не понесет никакой ответственности. А так хотя бы через запись можно доказать, что пациент был у этого врача.

Также я посоветовала договориться заплатить за таблетки меньшую сумму. Карточку девушке завели, УЗИ также сделали, но за отдельную плату. Тот же гинеколог опять дала две таблетки и попросила за них 5 тысяч рублей. Знакомая ответила, что есть только 2 тысячи, и сторговались на эту сумму. За повторный прием через несколько дней девушка заплатила уже 500 рублей, - рассказала наша собеседница.

Беременеть не хотят, но о контрацепции не знают

Многие гинекологи весьма неохотно обсуждают тему абортов среди мигранток – мол, тема слишком деликатная, да еще и в «очернении» киргизских девушек обвинить могут. «Фергане» удалось поговорить с врачом одного из официально действующих московских медицинских центров для мигрантов. Наша собеседница имеет большой стаж работы гинекологом – еще в 1980-х она окончила Медицинский институт в Бишкеке:

- У меня уже были 16 лет опыта работы гинекологом в различных областях Кыргызстана, когда моя сокурсница, которая открыла в Москве медицинский центр, пригласила меня сюда на работу. Впервые я приехала в Москву 10 лет назад, потом возвращалась в Кыргызстан, постоянно работаю здесь уже три года.

Больше всего в Москве меня привлекает то, что я как врач могу учиться и повышать свою квалификацию. После распада СССР киргизская медицинская школа стала портиться. В плохо оснащенных больницах стало невозможно работать. Я приехала сюда и получила дополнительное образование врача по УЗИ. Теперь я акушер-гинеколог и специалист по УЗИ-диагностике одновременно.

- С какими проблемами к вам обращаются женщины-мигранты?

- Основная проблема в том, что мигранты слишком много работают. Причем они не считают это проблемой – это проблема для меня, как для врача. Беременные женщины работают по 12-14 часов в сфере обслуживания. Я им объясняю, что такая нагрузка сказывается на развитии плода, начинаю настаивать, чтобы они покинули работу на ранних сроках или сменили график на более щадящий – не 6/1, а хотя бы 2/2.

Еще одна проблема – после родов женщины практически сразу снова выходят на работу, не давая организму отдохнуть. У меня очень малая преемственность – практически никто из наблюдавшихся во время беременности женщин не приходит ко мне после родов. На дородовой же учет мигранты приходят, потому что понимают, что не смогут попасть в московский роддом без обменной карты. Но приходят не сразу, а на 4-5-ом месяце. Понимаете, проблема не в том, что они поздно встают на учет, а в том, что мигранты не обследуются до родов – можно беременеть или нет.

Мигранты не знают, что к беременности надо подготовиться, выявить уязвимые места, пройти курс витаминотерапии. У нас не развито планирование семьи. Разговоры о репродуктивном здоровье никто не воспринимает. Приехала девочка из села зарабатывать деньги и думает: все рожали, и я рожу. Ее так воспитали. Рожают по много детей, а их ведь надо кормить, и потом стоит перед тобой анемичная, исхудавшая женщина, у которой только работа на уме.

- К вам обращаются с просьбой прервать беременность?

- Я знаю, что мигранты в Москве очень часто делают аборты у неквалифицированных врачей. Но я вам хочу наглядно показать, как это происходит в нормальных клиниках. На каждого пациента заводится вот такая история, куда записываются данные пациента (врач достает и показывает большую стопку бланков). Он подписывает согласие на операцию и бумагу о том, что предупрежден про осложнения. Аборт стоит от 4000-5000 рублей и выше. Это зависит от срока. Если большие сроки, то приходится еще и чистить. В сумму аборта включено УЗИ, хотя во многих клиниках мигрантов обдирают, и они отдельно платят за первичный и повторный прием и УЗИ. При медикаментозном аборте мы без УЗИ даже таблетки не даем – нам же надо подтвердить беременность. И через 10 дней мы снова приглашаем пациента на контрольный осмотр с УЗИ.

Но вы же понимаете, что мигранты экономят на всем. Женщины обзванивают центры и потом говорят, что где-то делают аборт на 1000 рублей дешевле. Они не понимают, что я беру ответственность за процедуру от начала и до конца, и все документально фиксируется.

- Как много женщин приходят на аборт?

- У меня абортов мало. В месяц порядка 10 девушек. На станции метро «Проспект мира» много киргизских клиник, которые давно работают – вот там очереди. У метро работают «курьеры». Женщина вышла из метро, ее взяли за руку и довели до врача. Ко мне приходят по рекомендации.

- Какого возраста девушки обращаются?

- Самого работоспособного и материнского возраста – 25-35 лет. Я считаю, что аборты среди мигрантов – это социальная проблема. У нас морально-этическая сторона страдает.

- В Москве меньше социального контроля из-за отсутствия родственников?

- Да. Также способствует то, что у нас проживают по много людей в одной квартире. Аборты – не единственная проблема. Мигранты часто обращаются с венерическими заболеваниями. Раньше это были сифилис и гонорея, а сейчас новые «модные» заболевания – хламидиоз, уреаплазма, микоплазмоз.

Предохраняться мигранты не умеют – не знают как, нет воспитательной работы в этом направлении. Почему они постоянно делают аборты? Не знают про противозачаточные средства. А другие знают про предохранение, но им жалко денег.

- Но дешевле же предохраняться, чем сделать аборт.

- Они это вроде как понимают, но говорят: так вышло. Самым дешевым и безопасным средством наши люди считают прерванный половой акт. Но он не защищает ни от беременности, ни от половых заболеваний. Приходит ко мне пациентка, и так много всего ей приходится объяснить. Хорошо, что я работаю в частной клинике – у меня нет очереди, и я могу дать много информации пациентам.

Некоторые знают про спирали и презервативы. Но мир уже ушел вперед, все перешли на гормональные таблетки. У нас до сих пор считают, что от таблеток толстеют, а это устаревшая информация – таблетки разные бывают. Проблема еще и в том, что в Киргизии мало квалифицированных докторов – гинекологов-эндокринологов.

- Приходят ли незамужние девушки?

- Приходят. К тому же вы знаете, что у нас браком считается никях (бракосочетание в исламе. – Прим. «Ферганы»). Моя практика показала, что и штамп в паспорте ничего не гарантирует. Во время беременности высок риск «левых» похождений мужа. А так как они не предохраняются, все легко выявляется: начинаешь обследовать беременную и обнаруживаются половые инфекции.

- Сколько стоит наблюдение во время беременности?

- От и до – 10-12 тысяч рублей. Большая часть уходит на анализы. За 9 месяцев ведения беременности это немного. Причем сумма выплачивается не сразу, а постепенно, что очень важно для мигрантов. Бывает, что в некоторых клиниках мигранты платят сумму сразу, а потом приходят на обследование, а там – ни врача, ни документов.

Я отметила две причины, по которым мигранты приходят к гинекологам, причем приходят на поздних сроках. Первая – это чтобы получить обменную карту для родов в роддоме. 60 процентов наших клиентов становятся на учет только ради обменной карты. Они первым делом спрашивают про обменную карту. Они не хотят сдавать анализы и не понимают, зачем это надо. Если бы у нас было окошко «выдача обменных карт», они бы сразу пошли туда.

Вторая причина – это когда беременная приходит в авиакассу купить билеты на родину, а ее отправляют к нам для выявления срока беременности, при котором можно летать. Была у меня недавно пара, нигде не наблюдались, первая беременность, 28 недель. Им надо лететь в Киргизию. Я делаю УЗИ и выявляю, что у плода нет головного мозга – анэнцефалия. И как такие вещи говорить молодым родителям? Но пришлось сказать. Спрашиваю: почему раньше не сделали УЗИ? Говорят, что денег не было. Но УЗИ у нас стоит 700 рублей – это не такие большие деньги.

При СССР система хорошо работала, лекции людям читали. А потом все порушилось – теперь народ необразованный в плане собственного здоровья. Да и как они могли получить образование, если после окончания школы сразу едут работать? Выезжающим на заработки мигрантам надо говорить не только о том, как получить регистрацию и патент. Людей надо образовывать и в плане полового поведения, и нужно объяснять, что в случае возникновения проблем нужно идти в официально действующие клиники, - заключила собеседница «Ферганы».

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»



  • © 1998—2017 ИА «Фергана»

    Письмо в редакцию

    Полная версия

    Создание © 2012 Алекс Шатловский